Асемантические отрезки в морфемной структуре слова субморфы

Субморф

  • Субмо́рф — часть корня, внешне похожая на аффикс, но не имеющая своего значения и поэтому не вычленяемая в качестве самостоятельного элемента морфемной структуры слова: -ак в колпак, табак (ср.: рыбак, резак), -ец в венец, огурец (ср.: зубец, резец), -ок в кубок, чулок (ср.: грибок, дубок) и др.

В отличие от таких же незначимых интерфиксов (-ш- в кино-ш-ный, -й- в кофе-й-ник) при попытке отделения субморфа от морфа значение теряется (например, *таб из табак, *огур из огурец, *чул из чулок).

Субморфы представляют интерес для морфонологии, поскольку в них наблюдаются те же чередования, что и в омонимичных им аффиксах; ср.: венец — венца — венчик и зубец — зубца — зубчик.

Концепция субморфа впервые получила освещение в работе В. Г. Чургановой «Очерк русской морфонологии» (1973).

Возражения, встречаемые концепцией субморфа, связаны как с тем, что членение словоформы на субморфы видится слишком уж произвольным, так и с тем, что существуют примеры различного морфонологического поведения омонимичных морфем и сходного морфонологического поведения синонимичных морфем.

Связанные понятия

Полисинтети́ческие языки́ — языки, в которых все члены предложения (полная инкорпорация) или некоторые компоненты словосочетания (частичная инкорпорация) соединяются в единое целое без формальных показателей у каждого из них.

Турецкий язык относится к агглютинативным (или «приклеивающим») языкам и, тем самым, существенно отличается от индоевропейских.

Глагольной группой (ГГ, англ. Verb phrase, VP) в лингвистике называют синтаксическую единицу, состоящую из по меньшей мере одного глагола и его зависимых, таких как дополнения, комплементы и другие модификаторы. Исключение составляет подлежащее, не входящее в состав глагольной группы. Так, в предложении Толстый мужчина быстро положил бриллианты в коробку слова быстро положил бриллианты в коробку могут считаться глагольной группой, состоящей из глагола положил и его зависимых, но не включающей в себя.

Вопрос о субморфах, их классификация

И функциональная характеристика.

Субморф («нечто подобное морфу») – это такие вычленяемые сегменты слова, которые не имеют значения. Субморфы тождественны морфам данного языка, но только по форме; значения они не имеют. Вопрос о субморфах является весьма спорным, разные учёные трактуют это понятие различно.

Различают вычленяемые и невычленяемые субморфы. Невычленяемые субморфы вслед за В.Г. Чургановой («Очерк русской морфонологии») выделяет Е.А. Земская. Под субморфом в этом случае понимаются такие, как правило, конечные, сегменты, которые похожи на аффиксы (в частности, суффиксы) и ведут себя схожим с ними образом, характеризуются одинаковым фонемным обликом, схожими чередованиями. Например: совка – совок, галка – галок, юбка – юбок и др.

Среди вычленяемых субморфов принято выделять две группы: усечённые и соединительные. Усеченные субморфы – это такие субморфы, которые вычленяются в процессе словообразования. Например: палец (беспалый), улица (переулок), утка (утёнок, утиный). А.Б. Копелиович отрицает наличие такого рода субморфов и соответствующие сегменты относит к морфемам (алломорфам морфемы). Соединительные субморфы (интерфиксы) служат для соединения частей слова. Бывают двух видов: свободные и связанные. К первой группе относятся соединительные гласные о и е (коневод, коновод) и нулевой Субморф в таких словах, как пол-Азии, пол-арбуза, пол-лимона. Связанные интерфиксы – это такие сегменты, которые служат для соединения служебных аффиксов с основой слова.

Интерфиксы появляются не случайно, они как бы восполняют, компенсируют недостатки основ. Например, суффиксы –ец, -шиу, -н-, -ист присоединяются как правило к консонантным основам (оканчивающимся на согласный), но в русском языке есть ряд слов, основа которых является вокалический (оканчивается на гласный). В этих случаях происходит наращение: кормилец, мотальщик, куиношный, птушник, кофейный и др. Исключением из правила является существительное каноэист.

В.В. Лопатин и А.Б. Копелиович считают, что связанный субморф следует присоединять к аффиксу, Е.А. Земская и А.Н. Тихонов предлагают выделять рассматриваемые сегменты отдельно. Значимость субморфов для строения слова, по словам Е.А. Земской, обнаруживается в том, что они ведут себя как морфы по отношению к явлениям морфонологии, например к чередованиям и усечению основ. Так, чередование гласный / нуль звука и чередование ц/ч происходит в одних и тех же условиях при словоизменении и при словообразовании в суффиксальном морфе —ец и в субморфе —ей. Единица —ей с полным гласным выступает перед нулевой флексией, нуль звука – перед флексией, выраженной гласным. Наличие субморфа в составе слова может влиять на словообразовательное слова, а именно на сочетаемость основы, включающей данный субморф, с теми или иными аффиксами.

Другой довод Е.А. Земской в пользу выделения субморфов и интерфиксов отдельно от суффиксов состоит в следующем:

Когда в качестве самостоятельных производных суффиксов или алломорфов простых суффиксов выделяют сегменты типа -овск-, -иск.-, -овн, -шн-, -овник, ‘шник и подобные, создается впечатление, что в пределах этого комплекса (т.е. между суффиксом и интерфиксом) более тесная связь, чем между основой и интерфиксом. Незначимые отрезки (интерфиксы) рассматриваются как части суффикса, т.е. как его своеобразные . Между тем если использовать метафорическое понятие , то интерфикс является скорее основы, чем суффикса: один и тот же интерфикс обслуживает производные от одной и той же основы с разными аффиксами, т.е. использования интерфикса именно основа, а не суффикс. Ср.: петь-пе(в)ец, пе(в)ица, пе(в)учий. пе(в)ун, пе(в)унья, пе(в)чий; гну-гну(ч)иха, гну(ч)онок, гну(ч)иный; Америка- америк (ан) ец, америк(ан)ка, америк(ан)ский, америк(ан)ствовать.

Следовательно, интерфикс придает основе такой вид, что она может включиться в словообразование в качестве производящей; одновременно с этим он способствует тому, чтобы придать единство строению различных производных от одной и той же основы.

15. Морфема и алломорф. Понятие позиции в сфере формо- и словообразования. Отличие морфов и их вариантов как конкретных репрезентаций морфемы.

Наименьшая формальная часть слова, имеющая значение, называется морфом. Словоформы состоят из морфов, т.е. каждое слово состоит хотя бы из одного морфа (вчера, там, где, я и т.п.). Для русского языка типичны двух- и трехморфные слова (рек-а, глуп-ый, пере-ши-ть, стен-к-а и т.п.). Самые длинные слова русского языка могут включать семь-восемь морфов (по-на-вы-пис-ыва-л-и).

При анализе слова мы членим его на морфы. Однако в лингвистике употребляется и другой термин для названия наименьших значимых частей слова – морфема. Какова разница между этими терминами? Морфема – это обобщенная единица, тогда как морфы – это конкретные репрезентанты (представители) морфемы, обнаруживаемые при членении слова.

В одну морфему объединяются морфы, которые характеризуются следующими двумя признаками: 1) имеют тождественное значение; 2) их формальное различие обусловлено грамматической (морфонологической) позицией в слове: положением до или после определенного класса единиц. Следовательно, они не могут занимать одну и ту же позицию в слове. Такое распределение по позициям называется дополнительным распределением или дополнительной дистрибуцией. Например, заднеязычные фонемы корня не могут сочетаться с суффиксом прилагательных —н-, в этой позиции они чередуются с соответствующими шипящими: г/ж, к/ч, х/ш. Поэтому в словах творог – творожный, песок – песочный, пух – пушной морфами одной морфемы являются творог— и творож-, песок- и песоч-, пух— и пуш-. В случаях, когда конечной фонеме основы предшествует фонема (с), чередование отсутствует: отпуск-ной, выпуск-ной, гротеск-ный.

Такие тождественные по значению морфы, формальное различие между которыми объясняется только их позицией в слове, являются по отношению друг к другу алломорфами (гр. allos – другой, разный). Алломорфы одной морфемы могут выступать в разных словоформах одного слова (например, —ец/-ц: ле-нинград-ец, ленинград-ц-а) и разных лексемах (например, книг-/книж-: книг-а, книж-ный; песок-/песоч-: пе-сок, песочный; -ник/-нич-: школь-ник, школь-нич-еский).

Существуют две разновидности алломорфов. Одни различаются чередованием фонем [рук-/руч-, ног-/нож-, книг- /’книж-, нос-/нос’-(ик), -ик/-ич-], другие – усечением или отсутствием усечения конечного элемента [пальто /пальт’-(ишко), кенгуру/кенгур'(онок), бочк(а)/боч-(онок), редк(ий)/ред’-(еть), крепк-(ий)/креп-(путь) и т.п.].

В одну морфему объединяются также морфы, характеризующиеся следующими признаками: 1) тождественные по значению; 2) тождественные по позициям; 3) способные в любых позициях заменять друг друга. Эти морфы называются вариантами морфемы. Таковы, например, флексии творительного падежа существительных и прилагательных женского рода —ой и —ою (ср.: весной и весною, зимой и зимою, горой и горою; бедной и бедною, доброй и доброю).

Варианты морфемы находятся между собой в отношениях свободного варьирования, тогда как алломорфы – в отношениях дополнительного распределения. Вариантных морфем в русском словообразовании немного. К ним относится, например, суффикс —охо-нек/-ошенек (краснёхонек – краснёшенек, синёхонек – си-нёшенек).

И алломорфы, и варианты морфем являются вариациями формальной стороны (т.е. плана выражения) морфемы. По значению (т.е. в плане содержания) различие как между алломорфами, так и между вариантами морфемы отсутствует.

Не являются ни алломорфами, ни вариантами морфы, формальное различие между которыми объясняется их фонетической позицией, т.е., например, морфы [дуб] и [дуп] в словоформах дубы (им.п. мн.ч.) и дуб (им.п. ед.ч.), морфы без— и бес— в словах бе[з]ногий и бе[с]кровный, морфы под— и пот— в словах по[д]бросить и по[т]кинуть. В этих и аналогичных случаях чередование объясняется живыми фонетическими законами языка и поэтому не имеет отношения к словообразованию.

16. Системные отношения в морфемике:

Дискуссия об асемантических элементах слов: субморф, интерфикс или часть морфемы.

Интерфиксация, с точки зрения Е.А. Земской, это случаи, когда между двумя морфемами вставляется незначимая асемантическая прокладка, устраняющая сочетания фонем, которые запрещены законами морфонологии или нетипичны для структуры русского языка. Такие прокладки могут появляться в слове по аналогии: читинский, делийский, американский, живучий, певучий, шоссейный, кофейный. К таким незначимым элементам относятся соединительные гласные сложных слов (лесостепь), тематические глагольные гласные (решать, читать, лежать), единицы типа певец, кофейник, кормилец.

Е.А. Земская и другие сторонники теории асемантических прокладок (А.Н. Тихонов, М.В. Панов) относят к ним же соединительные гласные сложных слов: лесостепь, пятиконечный, четырехэтажный. В.В. Лопатин считает, что это интерфиксы – особая разновидность аффиксов. Интерфикс часто связывает не два корня, а две простых основы в составе сложных: лесозаготовка, землепроходец. Такой интерфикс – это не асемантический элемент, с точки зрения В.В. Лопатина, а особая морфема, однако семантика этой морфемы наиболее абстрактна и специфична из всех словообразовательных значений русского языка: сорокалетний, двучлен, двухлитровый, семимильный, себялюбивый, сумасшедший, умалишенный, перекати-поле.

Итак, можно сделать следующий вывод: согласно точке зрения Е.А. Земской, А.Н. Тихонова, М.В. Панова есть асемантические прокладки и между корнем и суффиксом и между двумя основами в сложном слове – называют их интерфиксами.

С точки зрения В.В. Лопатина, интерфикс – особая морфема, соединяющая две простых основы в одну сложную, а элемент между корнем и суффиксом входит в суффикс и трактуется как морф морфемы: жилец, кормилец, судилище, хранилище, чилийцы, киношник, эмгэушный, вузовец.

Субморф. Это понятие связано с отрезками слов, которые по составу фонем и по чередованиям совпадают с морфемами русского языка, однако эти элементы не имеют значения и это не морфы. Субморфы выделяют потому, что их наличие влияет на сочетаемость основы с теми/иными аффиксами: зубец — зубчик (ч//щ); чепец — чепчик (-ец – субморф).

Субморфы в диахронии – это остатки прежнего морфемного строения, ставшие частью основы. Для синхронии субморф выступает как живая позиция современного строения слова.

В.В. Лопатин выделяет три группы субморфов с функциональной точки зрения:

♦ релевантные по признаку наличия их в одном морфе и отсутствия в другом морфе той же морфемы: пальто – пальтишко, палец – беспалый; сердце – сердечный; соло – солировать; космос – космический; в аффиксах: дезорганизовать – демаскировать; разобрать – разберут; мальчишка – мальчишеский.

♦ релевантные для сочетаемости морфемы с определенными морфами: конец – кончик; венец – венчик; замок – замочек.

♦ релевантные для определенных морфонологических преобразований основы: локоть – локоток; ноготь – ноготок.

8.Понятие производности. Признаки производного слова (Г.О. Винокур и Е.А. Земская. Словообразовательная структура слова в сравнении с морфемной.

Г.О. Винокур утверждал, что производные отношения есть там, где есть производная основа. «Производная основа всегда может быть истолкована путем ссылки на производящую»

Признаки производного слова:

1.входят в двойной ряд сопоставлений – слов с той же основой и слов с тем аффиксом, => членятся на основу и аффикс. Такие слова могут служить моделью для построения др.слов.

2.каждой производной основе должна соответствовать производящая, при основах сложных – их должно быть две или больше.

3.производная основа м/б истолкована путем ссылки на производящую.

9.Типы формально-смысловых отношений между производящей и производной основой.

1.производное слово сложнее и формально и семантически, чем производящее. Ваза-вазочка, шапка-шапочка, синий-синеть.

2.у производящей и производной основы равная формал.сложность, но производное слово сложнее семантически: диссертация-диссертант, химия-химик

3.производное и производящее тождественны по смыслу во всех отношениях, кроме ч/р, а формально – или равны, или производное даже проще – бегать-бег, широкий-ширь.

4.слова равны по форме и семантически, но в лингвистической традиции эти пары рассматриваются как производное одно от др. (жен род от муж) эстонец-эстонка, комсомолец-комсомолка

5.базируется на стилистической окраске. Производное – стилистически маркетиговое. Способ образования – усечение основы магнитофон-маг, примитивный-примитив, картофель-картошка.

10.Соотношение понятий производности и членимости (точки зрения Г.О. Винокура и Е.А. Земской).

Е.А. Земская, исходя из постулата «при каждой производной основе должна быть основа производящая», приходит к выводу, что «понятие членимости является более общим и широким, чем понятие производности», и видит несовпадение этих понятий, в частности, в том, что «глаголы от вергнуть, с_вергнуть, низ_вергнуть и др. с радиксоидом _верг_ членимы, но непроизводны, так как они не имеют производящей основы: среди слов с корнем _верг_ нет такого, которое было бы производящим для них».

Г.О. Винокура о том, что «о производной основе можно говорить лишь тогда и лишь до тех пор, пока есть соотнесенная с ней основа непроизводная» (именно непроизводная и при этом совершенно не обязательно производящая

Отграничение собственно словообразовательного понятия «производящая основа» от лексико_словообразовательного понятия «мотивирующее слово» могло бы стать компромиссным вариантом решения проблемы, «общей платформой» противопоставленных определений производной основы: с одной стороны, Г.О. Винокуром и Н.М. Шанским, которые считают, что рядом с производной основой должна быть хотя бы одна непроизводная, и, с другой стороны, Е.А. Земской, А.Н. Тихоновым и др., утверждающими, что каждая производная основа должна иметь соответствующую производящую. Дифференциация содержания названных терминов беспрепятственно позволяет охарактеризовать (вслед за Н.М. Шанским) основу со связанным корнем в словах типа о_де_ть – раз_де_ть как производную, но немотивированную, что не противоречит при условии неотождествления этих понятий ни одной из формулировок, поскольку рядом с такой основой есть непроизводная (для данных примеров – де_), которую дожно одновременно считать производящей, несмотря на то что в современном языке «в чистом виде» она не содержится ни в одном слове.

12.Словообразовательное значение. Его отличие от лексического и грамматического значения. Фразеологичность семантики производного слова.

Словообразовательное значение нельзя связывать только с формантом или только с мотивирующей частью производного; это особый тип значения не по своему содержанию как таковому, а по способу его выражения и, главное, по организации структуры этого содержания. Словообразовательные значения – это всегда наслоения одного категориального значения на другое, совместная встречаемость по крайней мере двух категориальных значений в пределах одного наименования. Словообразовательные значения могут быть исчислены как в общей форме (комбинаторикой трех главных категориальных значений – предметности, процессуальности и признаковости), так и в их разновидностях (при транспозиции, мутации и разных модификациях). Этот перечень – главная характеристика словообразовательной системы каждого языка. В основу классификации производных и выделения словообразовательных моделей и должны быть положены словообразовательные значения.

свойство производного слова выражать нечто, не содержащееся в значении его составных частей, называется идиоматичностью/ фразеологичностью семантики слова.Например, слово писатель, производное от писать, при буквальном прочтении его значения может быть истолковано как «тот, кто пишет». Однако в лексическом значении этого существительного присутствует семантическая надбавка «тот, кто профессионально занимается писательской деятельностью, пишет художественные произведения». Названный компонент значения в словообразовательной структуре слова не присутствует. Идиоматичностью обладает большинство производных слов русского языка.

13.Понятие словообразовательной мотивации. Виды мотиваций.

В русском языке возможны случаи, когда производное слово можно толковать через разные производящие слова. Г.О. Винокур назвал эти случаи «неединственность мотивации», А.Н. Тихонов — «множественность мотивации»: премило премилый/мило; проверка проверить/проверять; озорничать озорник/озорной.

слово в полном объёме включает семантику производящего – это были случаи типовой словообразовательной мотивации. Озорнич-а-ть озорник, озорн-ича-ть озорной.

случаи нетиповой словообразовательной мотивации:

1) Семантика производящего слова учитывается только на периферии значения производного слова, не включается в производное слово целиком. Такой вид словообразовательной мотивации называется периферийной мотивацией: кашевар — человек, который варит не только кашу, а готовит еду в целом; журналист — человек, работающий в СМИ, в том числе в журнале. Периферийная мотивация у производных слов чернила, белье, госпитализироваться.

2) Нетиповой является и метафорическая мотивация: семантика производного слова основывается на метафорических производных значениях производящего слова: ишачить (работать подобно ишаку); попугайничать (вести себя подобно попугаю).

Вообще среди производных слов с точки зрения семантики выделяют две группы:

· слова, значение которых полностью складывается из значений их составных частей: стол-ик стол, дом-ищ-е дом;

· слова, значения которых не являются суммой значений составных частей.

14.Классификация способов словообразования (аффиксальные и неаффиксальные способы словообразования, субстантивация).

Первая последовательная научная классификация способов словообразования в русском языке была разработана В.В. Виноградовым.

Он выделил морфологический способ словообразования, противопоставленный неморфологическим способам: лексико-семантическому, лексико-синтаксическому и морфолого-синтаксическому.

Морфологический способ – это образование новых слов в результате присоединения словообразовательных аффиксов к производящей основе, то есть с помощью морфем: сложение основ, аффиксальный способ, безаффиксный.

Неморфологические способы вообще не используют аффиксальных словообразовательных средств.

Лексико-семантический способ – это образование нового слова за счет переосмысления значения прежних слов и формирование новых значений (омонимы, метафорические и метонимические переносы). При данной форме новое значение и новые грамматические формы. Например, кулак и кулак – богатый крестьянин.

Лексико-синтаксический способ – это возникновение новых слов в результате сращения в одно слово нескольких лексических единиц (словосочетания). Лексемы порождают новую лексическую единицу, а следовательно, меняется ее роль в предложении — отсюда лексико-синтаксический способ. Два варианта: а) изменение фонетического облика существенное, утрата мотивировки – это целиком диахрония: спасибо — Спаси Бог; б) параллельное существование синтаксической единицы и новой лексической, фонетического изменения не происходит: вечнозеленый, густозаселенный. Способ СО признается синхронным, особенно распространен при образовании прилагательных.

Морфолого-синтаксический способ в классификации В.В. Виноградова включает «все факты перехода слов из одной части речи в другую, а также тесно связанные с ними случаи отрыва формы от системы форм слова и превращение в самостоятельное слово». Фонетического изменения не происходит, а происходит грамматическое, за счет чего и возникает новая лексическая единица, семантика тоже при этом не изменяется: больной — больной; Далече грянуло «Ура!».

Данная классификация не отвечает современным требованиям, так как нет конкретного разделения синхронии и диахронии, а также не учтены новые явления в языке.

Основной признак, положенный в основу современной классификации способов словообразования – использование аффиксов в образовании слов или привлечение других СО средств.

В зависимости от того, какие средства используются для выражения деривационного значения производного слова, в русском языке следует различать две основные группы способов СО: аффиксальныеи безаффиксные.

В аффиксальных способах СО основным средством выражения деривационного значения производного слова является аффикс (один или в сочетании с другими средствами, в первую очередь с парадигмой словоизменения производного слова). Естественно, что при этом учитываются и нулевые аффиксы.

К аффиксальным способам СО относятся:

· Суффиксация – выражение деривационного значения с помощью суффикса и системы флексий производного слова. Суффиксация действует в СО всех частей речи: учи-тель, вод-н-ый.

· Префиксация – выражение деривационного значения производного слова с помощью префикса: пра-дед, пере-писать.

· префиксально-суффиксальный (конфиксальный) – в качестве форманта используются префикс и суффикс. Оба аффикса участвуют в акте СО одновременно: без-денеж-j-э, на-рукав-ник.

· сложносуффиксальный (словосложение + суффиксация). Действует в СО имен существительных: канатоходец, землепроходец.

· нулевая суффиксация – выражение деривационного значения производного слова с помощью нулевого суффикса: приход, синь, обжора.

· префиксация в сочетании с нулевой суффиксацией: безрукий, проседь.

· сложение в сочетании с нулевой суффиксацией: ледоход, скалолаз, светловолосый.

В безаффиксных способах СО аффиксы не участвуют. Для выражения деривационного значения производного слова служат другие средства, например, такие, как порядок следования частей производного слова, усечение производящей основы (или основ), изменение парадигмы словоизменения, единое ударение.

К безаффиксным способам СО относятся:

· чистое сложение – способ образования

· слов, при котором опорный компонент (последний) равен целому слову, а предшествующий ему представляет собой основу: первоисточник, лесостепь, черно-белый, плащ-палатка.

· сращение – такой способ СО, при котором происходит соединение, слияние двух и более слов в одно слово без каких-либо изменений в их морфемном составе и без участия интерфикса. Этот способ действует только при образовании имен прилагательных: вечнозеленый, долгоиграющий. От соответствующих словосочетаний сращения отличаются тем, что имеют единое ударение и закрепленный порядок частей.

· аббревиация – способ СО на базе сложения усеченных основ или усеченных и полных основ. Действует только в СО имен существительных для образования сложносокращенных слов: зарплата, ООН. В современной языковой ситуации наблюдается новая волна аббревиаций, причем, как правило, аббревиатуры также вступают в СО процесс, образуя ряды новых производных слов: ОМОН, омоновец, омоновский.

В зависимости от того, из каких компонентов складывается аббревиатура, различают следующие её виды:

ü буквенные, то есть состоящие из названий начальных букв каждого слова словосочетания: ОРТ, СНГ, НЛО;

ü звуковые, то есть состоящие из начальных звуков каждого слова словосочетания (они читаются как слова): ГУЛАГ, СПИД;

ü слоговые, то есть состоящие из начальных

ü частей каждого слова словосочетания: исполком;

ü состоящие из начальной части первого слова и целого второго: подлодка, зарплата, сберкасса;

ü состоящие из начальных звуков ряда первых слов и начальной части последнего: ИМЛИ (Институт мировой литературы);

ü состоящие из начала первого словосочетания и конца последнего (этот вид аббревиатур активно формируется в последнее время): ра(дио+стан)ция=рация;

Среди способов СО аббревиация занимает специфическое место. В языке она выполняет компрессивную функцию, то есть служит для создания более кратких, чем соотносительное словосочетание, номинаций. Основные сферы действия аббревиации – деловая, научная, публицистическая речь.

· усечение производящей основы по аббревиатурному способу: компьютер – комп, пепси-кола – пепси, заместитель – зам.

Усечение, как и аббревиация, получило интенсивное развитие в русском языке только в ХХ в. Оно свойственно преимущественно разговорной речи.

Особое место в СО занимает способ, при котором деривационное значение в производном выражается с помощью специфического преобразования парадигмы словоизменения производящего. Этот способ принято называть конверсией– переходом слов из одной части речи в другую. Разновидностью конверсии является субстантивация — переход разных частей речи в разряд существительных. Ср.: заливное мясо – вкусное заливное (переход прилагательного в разряд существительных, при котором категориальная семантика признаковости меняется на категориальную семантику предметности); раненный в бою солдат – концерт для раненых (переход причастия в существительное).

Незначительное место занимают смешанные способы, например, префиксально-суффиксально-постфиксальный (перешучиваться).

Многие мотивированные слова представляют собой эквиваленты словосочетаний, являющихся комплексными наименованиями. Такие слова употребляются (часто в неофициальной речи) как однословные синонимы соответствующих полных наименований. Они могут относиться к разным способам СО: к суффиксации (лабораторная работа – лабораторка); к субстантивации (выходной день – выходной); к чистому сложению (хлебный завод – хлебозавод), к аббревиации (лесное промышленное хозяйство – леспромхоз). Некоторые исследователи называют этот способ СО семантическим включением.

15.Понятие о словообразовательном типе. Классификация словообразовательных типов на основе идей Е. Куриловича и М. Докулила.

По разным основаниям словообразовательные типы делятся на ряд групп. В зависимости от характера деривационного значения различают две группы СО типов:

1) Лексическое значение производных тождественно значению производящих, но производные отличаются от производящих лишь принадлежностью к иной части речи (и, следовательно, синтаксической функцией). Явления такого рода польский лингвист Ежи Курилович предложил называть синтаксической деривацией, а соответствующие производные – синтаксическими дериватами. К области синтаксической деривации относятся такие СО типы, как:

· отглагольные существительные со значением отвлеченного действия (типа раздумывание, переписывание, подборка, вывоз, ходьба)

· отадъективные (те, которые образованы от прилагательного) прилагательные существительные со значением отвлеченного признака (типа веселость, синь, глушь, доброта, белизна)

· отсубстантивные (отсуществительные) прилагательные, обозначающие общее отношение к тому, что названо производящей основой (типа вкусовой, грязевой, автомобильный, лесной)

2) Лексическое значение производных не тождественно значению производящих. Явления такого рода принято называть лексической деривацией, а соответствующие производные – лексическими дериватами.

Деление СО типов на область лексической и синтаксической деривации есть основное, принципиальное деление всей системы СО.

16.Лексическая и синтаксическая деривация. Модификационные и мутационные лексические дериваты. Транспозиционные и нетранспозиционные типы.

большое значение для теории дерива­ции сыграло предложенное Куриловичем разграничение лексической и синтак­си­че­ской дерива­ции как процессов, один из которых направлен на преобразование лексического значения исходной единицы (ср. «камень» — «каменщик»), а другой — лишь на преобразование её синтакси­че­ской функции (ср. «камень» — «каменный»). Впоследствии эти определения стали прилагать к широкому классу явлений создания языковых форм за преде­ла­ми слова; в этом смысле синтаксическая дерива­ция обозначает процесс образования разных синтаксических конструкций путем трансформации определённой ядерной конструкции (ср. «рабочие строят дом» — «дом строится рабочими» — «строи­тель­ство дома рабочими» и т. д.).

М. Докулил предлагает несколько иную классификацию СО типов. Он различает три группы типов: транспозиционные/нетранспозиционные; мутационные; модификационные.

Транспозиционные СО типы – это когда производное слово переходит в иную часть речи по сравнению с производящим. Вся сфера синтаксической деривации относится к транспозиционным типам.

К модификационным относятся такие типы, производные которых обозначают разного рода видоизменения (модификацию) значения производящей основы. Например, существительные со значением «детеныш», существительные женского пола по отношению к существительным мужского и др.

17.Словообразовательная модель как морфонологическая разновидность типа.

18.Единицы словообразовательной системы. Основные и элементарные единицы словообразовательной системы. Простые и комплексные единицы. Производное слово как основная единица словообразовательной системы.

основная минимальная единица системы СО — это производное слово, так как в системе производности результатом является производное слово, оно – конечный результат и цель процесса СО. В составе производного слова вычленяется производящая основа и СО формант – средство, с помощью которого образовано новое слово.

Таким образом, производное слово хранит информацию о производящем слове, о СО модели, о СО средстве, о способе соединения базы с формантом, о типе СО значения.

Исходя из признания основной СО единицей производного слова, СО системуследует определить как особым образом организованную совокупность производных слов языка.

Понятие производности служит основой для формирования комплексных единиц системы СО, выражающих различные противопоставления. Комплексные единицы СО системы: СО пара, СО цепочка, СО парадигма, СО гнездо, СО тип, способ СО. Простейшая из комплексных единиц – СО пара.

СО пара – минимальная комплексная единица СО системы, совокупность двух однокоренных слов, находящихся в отношениях непосредственной производности: писать – переписать; белый – белить. В СО паре одно слово производящее, мотивирующее, другое – производное (мотивированное). Производное, как правило, сложнее по форме и/или содержанию, чем производящее.

СО цепь – комплексная единица СО, представляющая собой совокупность производных, упорядоченных отношениями последовательной мотивации или производности (каждое предыдущее слово является непосредственно производящим для следующего производного). Например, влага – влажный – влажнить – увлажнить – увлажнение. В цепях все компоненты цепи, кроме первого и последнего, двуфункциональны: они производны и производящи. Особенности первого и последнего состоят в однофункциональности: первое – непроизводное, но производящее, а последнее – наоборот. Исток СО цепи – всегда непроизводное слово. По длине и комбинации цепи могут быть самыми различными: это зависит от деривационного потенциала вершины — части речи, стилевой принадлежности, семантики. Так, многозначное слово может порождать по разным значениям разные цепи. Минимальный состав цепочки равен одной словообразовательной паре, максимальный включает в себя 7 членов. По данным А. Н. Тихонова, цепи из 7 звеньев встречаются редко. Для русского языка наиболее характерны цепи из 3 – 4 звеньев.

СО парадигма – совокупность слов, образованных от одной производящей основы, находящиеся на одной ступени производности. СО парадигма – это такая единица, для которой важна равная степень удаленности от конкретного производящего (кодеривация), кодериваты – слова, которые равно удалены от производящего. Ср.: кровь – кровный, кровь – кровавый, кровь – кровяной. В этих СО парах прилагательные являются кодериватами, поскольку они образованы от одного и того же производящего – существительного «кровь». Данные кодериваты составляют СО парадигму и находятся на первой ступени производности по отношению к вершине СО гнезда. Кодериваты могут находиться и на других ступенях производности. Например,

белый – белить – побелить,

Глаголы «побелить, забелить», образованные от «белить», являются кодериватами и находятся на второй ступени производности от вершины СО гнезда – прилагательного «белый».

Вершина парадигмы, исходное производящее не входит в состав парадигмы, она может быть производной и непроизводной. Вершиной СО парадигмы может быть либо однозначное слово, либо конкретный ЛСВ многозначного слова. Между участниками парадигмы есть лексическая мотивация, но нет СО производности. Члены СО парадигмы не зависят друг от друга и равноправны.

СО гнездо — самая большая комплексная единица СО, представляющая собой совокупность всех производных от данного производящего, упорядоченная отношениями производности. Оно состоит из вершины (непроизводного слова) и дериватов разных ступеней производности:

В гнезде есть слова с непосредственной производностью и опосредованной мотивацией. Данная единица построена по принципу иерархии. СО гнездо в идеале – совокупность СО парадигм, цепей и пар. В СО гнезде проявляются и парадигматические, и синтагматические связи производных слов. В качестве исходного слова могут выступать только непроизводные слова, стилистически нейтральные, однозначные или многозначные, членимые или нечленимые.

Некоторые исследователи (А.Н. Тихонов, В.В. Лопатин, И.С. Улуханов) называют в качестве основной единицы СО системы СО тип.Е.А.Земская называет СО тип основной ячейкой СО системы языка, так как именно в пределах СО типа происходит преимущественно образование новых слов.

СО тип – это схема построения слов определенной части речи, абстрагированная от конкретных лексических единиц, характеризующихся: а) общностью части речи непосредственно мотивирующих слов и б) формантом, тождественным в материальном и семантическом отношении. Например, глаголы прыгнуть, свистнуть, толкнуть принадлежат к одному СО типу, так как они мотивируются глаголами (прыгать, свистеть, толкать) и имеют общий формант –ну— со словообразовательным значением однократности.

То общее значение, которое отличает все мотивированные слова данного типа от их мотивирующих, является словообразовательным значением слов этого типа; носителем словообразовательного значения является формант. Словообразовательное значение присуще слову в целом, а не отдельной словоформе. Словообразовательным является, например, значение становления признака, формально выраженное у глаголов на –еть (белеть, прочнеть, седеть).

Например, слова слоненок, медвежонок, негритенок и т. п.созданы на основе СО типа существительное + онок/-ёнок = существительное со значением «детеныш человека или животного».

СО тип может варьироваться по форме и по значению, что определяет наличие частных моделей и подтипов в рамках одного СО типа. Ср.: —онок или –ёнок(варьирование формы).

По разным основаниям словообразовательные типы делятся на ряд групп. В зависимости от характера деривационного значения различают две группы СО типов:

1) Лексическое значение производных тождественно значению производящих, но производные отличаются от производящих лишь принадлежностью к иной части речи (и, следовательно, синтаксической функцией). Явления такого рода польский лингвист Ежи Курилович предложил называть синтаксической деривацией, а соответствующие производные – синтаксическими дериватами. К области синтаксической деривации относятся такие СО типы, как:

· отглагольные существительные со значением отвлеченного действия (типа раздумывание, переписывание, подборка, вывоз, ходьба)

· отадъективные (те, которые образованы от прилагательного) прилагательные существительные со значением отвлеченного признака (типа веселость, синь, глушь, доброта, белизна)

· отсубстантивные (отсуществительные) прилагательные, обозначающие общее отношение к тому, что названо производящей основой (типа вкусовой, грязевой, автомобильный, лесной)

2) Лексическое значение производных не тождественно значению производящих. Явления такого рода принято называть лексической деривацией, а соответствующие производные – лексическими дериватами.

Деление СО типов на область лексической и синтаксической деривации есть основное, принципиальное деление всей системы СО.

М. Докулил предлагает несколько иную классификацию СО типов. Он различает три группы типов: транспозиционные/нетранспозиционные; мутационные; модификационные.

Транспозиционные СО типы – это когда производное слово переходит в иную часть речи по сравнению с производящим. Вся сфера синтаксической деривации относится к транспозиционным типам.

К модификационным относятся такие типы, производные которых обозначают разного рода видоизменения (модификацию) значения производящей основы. Например, существительные со значением «детеныш», существительные женского пола по отношению к существительным мужского и др.

СО типы и подтипы могут иметь различную продуктивность, то есть способность служить образцом для производства новых слов. Типы и подтипы, по которым в современном языке активно образуются новые слова, являются продуктивными, соответственно, типы и подтипы, по которым в современном языке не образуются новые слова, являются непродуктивными.

Например, к продуктивному СО типу в СРЯ относится создание абстрактных существительных с суффиксом –ость от прилагательных: интеллигентность, порядочность, меркантильность, импозантность, толерантность.

К непродуктивному СО типу относится образование названий лиц от глаголов с помощью суффикса –тай: глашатай, оратай.

19.Словообразовательная парадигма, словообразовательная цепь, словообразовательное гнездо. Виды связей внутри единиц. Структура комплексных единиц.

СО парадигма – совокупность слов, образованных от одной производящей основы, находящиеся на одной ступени производности. СО парадигма – это такая единица, для которой важна равная степень удаленности от конкретного производящего (кодеривация), кодериваты – слова, которые равно удалены от производящего. Ср.: кровь – кровный, кровь – кровавый, кровь – кровяной. В этих СО парах прилагательные являются кодериватами, поскольку они образованы от одного и того же производящего – существительного «кровь». Данные кодериваты составляют СО парадигму и находятся на первой ступени производности по отношению к вершине СО гнезда. Кодериваты могут находиться и на других ступенях производности. Например,

белый – белить – побелить,

Глаголы «побелить, забелить», образованные от «белить», являются кодериватами и находятся на второй ступени производности от вершины СО гнезда – прилагательного «белый».

Вершина парадигмы, исходное производящее не входит в состав парадигмы, она может быть производной и непроизводной. Вершиной СО парадигмы может быть либо однозначное слово, либо конкретный ЛСВ многозначного слова. Между участниками парадигмы есть лексическая мотивация, но нет СО производности. Члены СО парадигмы не зависят друг от друга и равноправны.

СО цепь – комплексная единица СО, представляющая собой совокупность производных, упорядоченных отношениями последовательной мотивации или производности (каждое предыдущее слово является непосредственно производящим для следующего производного). Например, влага – влажный – влажнить – увлажнить – увлажнение. В цепях все компоненты цепи, кроме первого и последнего, двуфункциональны: они производны и производящи. Особенности первого и последнего состоят в однофункциональности: первое – непроизводное, но производящее, а последнее – наоборот. Исток СО цепи – всегда непроизводное слово. По длине и комбинации цепи могут быть самыми различными: это зависит от деривационного потенциала вершины — части речи, стилевой принадлежности, семантики. Так, многозначное слово может порождать по разным значениям разные цепи. Минимальный состав цепочки равен одной словообразовательной паре, максимальный включает в себя 7 членов. По данным А. Н. Тихонова, цепи из 7 звеньев встречаются редко. Для русского языка наиболее характерны цепи из 3 – 4 звеньев.

СО гнездо — самая большая комплексная единица СО, представляющая собой совокупность всех производных от данного производящего, упорядоченная отношениями производности. Оно состоит из вершины (непроизводного слова) и дериватов разных ступеней производности:

В гнезде есть слова с непосредственной производностью и опосредованной мотивацией. Данная единица построена по принципу иерархии. СО гнездо в идеале – совокупность СО парадигм, цепей и пар. В СО гнезде проявляются и парадигматические, и синтагматические связи производных слов. В качестве исходного слова могут выступать только непроизводные слова, стилистически нейтральные, однозначные или многозначные, членимые или нечленимые.

Некоторые исследователи (А.Н. Тихонов, В.В. Лопатин, И.С. Улуханов) называют в качестве основной единицы СО системы СО тип.Е.А.Земская называет СО тип основной ячейкой СО системы языка, так как именно в пределах СО типа происходит преимущественно образование новых слов.

20.Потенциальные и окказиональные слова в современном русском языке. Сходство и различие. Отличия от слов нормативного языка. Признаки окказионального слова.

Потенциальные слова (термин Г.О. Винокура) – «те слова, которых фактически нет, но могли бы быть, если бы того захотела историческая случайность» – это слова, созданные по продуктивным моделям русского СО без нарушения его законов. Они потенциально уже существуют в языке, и нужен лишь внешний стимул, обусловленный речевой ситуацией, чтобы они были употреблены.

Потенциальное слово возникает по высокопродуктивной модели, то есть потенциальные слова всегда заданы языковой системой.

Признаки потенциальных слов:

— возникают в рамках высокопродуктивных типов;

— незаметна их новизна, трудно зафиксировать первое их появление;

— часто возникают серийно (седость – М. Цветаева; скакательность, бегательность – В. Успенский).

Основное отличие потенциального слова состоит в характере значения: его лексическое значение банально, оно


источники:

http://lektsia.com/1×6084.html

http://poisk-ru.ru/s42424t13.html